GLOBAL JOURNALIST
Турецкий редактор покидает страну после полицейского рейда
24 Sep 2018
BY LILY CUSACK

«Я понимаю, что это было лучшее решение моей жизни, потому что я была бы сейчас в заключении, как и мои коллеги».

Sevgi Akarçeşme
Sevgi Akarçeşme

Эта статья входит в серию «Проект изгнания», разрабатываемого партнёром «Индекса цензуры» (Index on Censorship) «Глоубэл джонэлист» (Global Journalist), в которой опубликованы интервью с живущими в изгнании журналистами со всего мира.

Вскоре после того, как 4 марта 2016 года турецкая полиция в боевом снаряжении совершила налёт на штаб-квартиру «Медиа Группы Заман» (Zaman Media Group), Севги Акарчешме поняла, что у нее всего два выбора.

Акарчешме, главный редактор газеты «Тудейз заман» (Today’s Zaman), самого большого в стране англоязычного ежедневника, могла стать проправительственной журналисткой и заниматься публикацией статей, восхваляющих все более и более авторитарный режим президента Реджепа Тайипа Эрдогана.

Или она могла бежать из страны и попробовать высказаться в ссылке. Менее чем 48 часов спустя Акарчешме садилась на самолет в Брюссель, чтобы избежать грозящего ей заключения.

«Я не хотела превратиться в проправительственного журналиста и потерять свою справедливость», – рассказывает она в интервью с «Глоубел джонелист». «Я потеряла всё, но не справедливость».

Правительственному захвату «Заман Групп», медиакомпании близкой по духу к оппозиционному движению «Хицмет» под предводительством проповедника в изгнании Фетхуллаха Гюлена, предшествовали масштабные репрессивные меры в отношении СМИ, гражданского общества и других, последовавших за неудавшимся переворотом против Эрдогана два месяца спустя. В целом, согласно докладу Государственного департамента США о защите прав человека, в 2016 году в Турции было задержано более чем 140 журналистов, сотни других потеряли работу. Почти 4 000 человек были обвинены в оскорблении президента, премьер-министра или государственных институтов. Согласно заявкам Комитета защиты журналистов, в декабре 2017 года в Турции находились в заключении 73 журналиста – наивысшее число в мире.

И действительно даже в то время, когда Акарчешме выезжала из страны, администрация Эрдогана уже превратила турецкое издание «Заман» в проправительственный рупор.

Но даже до нападения на офисы «Заман», Акарчешме сталкивалась с юридическим давлением со стороны правительства. В начале 2015 года она предстала перед судом за «оскорбление» действующего тогда премьер-министра Ахмета Давутоглу, которого она в «твитте» обвинила в укрывательстве коррупционного скандала, участниками которого являлись члены семей высокопоставленных чиновников.

Однако только тогда, когда «Заман» закрыли в 2016 году, стало очевидно, что правительство Эрдогана больше не будет терпеть независимые средства массовой информации. Даже после того, как Акарчешме выехала в Бельгию, турецкие власти продолжали карательные меры против неё, совершивши налёт на её квартиру в Стамбуле и аннулировавши ее паспорт. Акарчешме, которой сейчас 39 лет, провела более года в Бельгии до того, как в мае 2017 года, переехала в США.

Сейчас она проживает в США и работает фриланс-журналистом, но ищет постоянную работу. Она разговаривала с Лили Кьюзак с «Глоубел джонелист» об её ссылке.

«Гдж»: Как в конечном итоге вы покинули Турцию?

Акарчешме: Вы можете себе представить, что это долгая история, потому что Турция стала диктаторской страной не за один день. Так что, как и всё другое, это был процесс. Это был быстрый процесс, но все же процесс.

6 марта 2016 года я покинула Стамбул внезапно. Два дня до моего отъезда правительство под руководством Эрдогана захватило нашу газету по обвинению, конечно нелепому обвинению, в терроризме и поддержке терроризма. И поскольку я была руководителем англоязычного ежедневника «Тудейз заман», я понимала, что это дело времени, пока они начнут преследовать меня тоже.

Четыре месяца до того, в декабре 2015 года, я была приговорена к условному тюремному заключению за мои «твитты». На самом деле даже не за мои собственные «твитты», а за комментарии, оставленные под моим «твиттом». Тогдашний премьер-министр подал на меня в суд, и я получила условное заключение.

Так что, репрессии против меня уже начались, и я понимала, что Турция никогда не обладала похвальной репутацией в отношении свободы журнализма. Но становилось всё хуже и хуже, и наша медиакомпания стала первоочередной мишенью правительства. Было очевидно, что это просто вопрос времени.

Это было трудное решение – покидать страну с двумя лишь сумками … внезапно, не сообщив никому, потому что меня могли остановить на границе. Очень многим людям запретили выезжать за границу. Я очень нервничала, что мне тоже запретят, но, к счастью, мне можно было уезжать. Оглядываясь назад, я понимаю, что это было лучшее решение моей жизни, потому что я была бы сейчас в заключении, как и мои коллеги.

«Гдж»: Вам лично угрожали?

Акарчешме: В социальных сетях, да. Я, как и мои коллеги, перестала писать «твитты» на турецком, я писала только на английском иногда. Любой критик скажет вам, что целая армия троллей выбрала вас мишенью и преследует вас.

«Гдж»: Как вы пришли к выводу, что вам нужно уехать?

Акарчешме: Это было очень внезапное решение. В те два дня между полицейским налетом [4 марта 2016 года] и моим отъездом я разговаривала только с [Абдулхамитом Билиджи] главным редактором более крупной медиакомпании. Его также уволили, и он был в небезопасности. Но он не хотел уезжать сразу. Он считал, что ему нужно остаться, чтобы поддержать сотрудников младшего уровня. А я просто подумала, что в случае ареста, я не выдержу условий турецкой тюрьмы. И я себе сказала, что мне нужно уезжать.

В аэропорту я очень нервничала, потому что  не знала, действителен ли мой паспорт. Это был незабываемый момент. Я помню, как проходила таможню и паспортный контроль и чрезвычайно нервничала. Смешно, потому что я была всего лишь журналисткой. Я знала, что я не сделала ничего плохого, но я также знала, что этого не достаточно, чтобы уберечь меня от возможного преследования или предотвратить мой отлет. Я вздохнула с облегчением, когда мы приземлились в Брюсселе.

В июле, когда я уезжала из Бельгии и была по дороге в США, меня сняли с самолета, потому что мой паспорт был недействителен. Так что, это все-таки случилось, но, к счастью, случилось после того, как я уехала из Турции.

«Гдж»: Каково это было чувствовать, что вы вынуждены уехать из Турции так внезапно?

Акарчешме: Это было жутко неприятное чувство. Вы как-то становитесь отчужденным от своей страны. В тот день, когда я решила уехать, я уже чувствовала, что Турция – это безнадежное дело, и для меня больше не было будущего в Турции.

За последние два года я очень разочаровалась в моей родной стране и её обществе. Люди в основном молчат в ответ на притеснения. Более того, они поддерживают Эрдогана.

Так что, это больше не мой дом, хотя там все еще живут люди, которых я люблю. Мое сердце и мысли вместе с узниками, особенно теми, которые стали жертвами «чисток», десятки тысяч людей, не только журналистов, а людей из разных сфер общества.

«Гдж»: У вас есть надежда вернуться?

Акарчешме: У меня нет надежды. Ничего не улучшиться. Правительство продолжает захватывать средства массовой информации. В стране не осталось свободных СМИ … кроме нескольких доступных через сеть телевизионных каналов и газет из эмиграции. Для независимого журнализма ничего не осталось. Вся история контролируется властями. Так что, к сожалению, у меня очень пессимистические настроения. Я не вижу выхода в ближайшем будущем.

Партнёр «Индекса цензуры» «Глоубел джонелист» – веб-сайт, который представляет свободу прессы в мировом масштабе и публикует международные новости. Он также готовит еженедельную радиопрограмму, которая выходит в эфир на радиостанции КБИЯ (КВIА), – партнёр НГР (NPR) в центральной части штата Миссури – и на партнёрских радиостанциях в шести других штатах. Веб-сайт и радиошоу готовятся совместно профессиональными сотрудниками и студентами Школы журналистики Миссурийского университета, самой древней школы журналистики в США.

Comments are closed.

Index logo white

Join us to protect and promote freedom of speech in the UK and across the world.
Since 1972, Index on Censorship has been leading the campaign for free expression.
Our award-winning magazine originally provided the platform for the untold stories of dissidents and resistance from behind the Iron Curtain and is now a home for some of the greatest campaigning writers of our age.
Journalistic freedom, artistic expression, the right to protest, the right to speak your mind, wherever you live.  These are the founding principles of Index on Censorship.
So join us, by subscribing to our newsletter or making a donation, to use your voice to ensure that everyone else can be heard too.
Go to the Index on Censorship home page